ВЫТЕГРА - РОДИНА ВЫСОКОЙ МОДЫ

Недавно мой коллега и корреспондент ekolovrat написал мне письмо, в котором рассказал об удивительной судьбе и попросил помощи в поисках подробностей о жизни удивительного человека. Сведения, сообщенные им, оказались настолько потрясающими, что я отложил все дела и начал работать в архивах России, Франции, Италии и Америки. Вот что мне удалось узнать:





   Посмотрите на эту фотографию Прокудина - Горского. На ней изображена семья крестьянина-вытегора Никифора Картузова. Мальчик в шляпе - его младший сын - Кузьма.
   Обратите внимание на его шляпу!   С раннего детства Кузьма запомнил, как приезжал в  Вытегру барин - владелец нескольких пароходов и соляных промыслов, какая шляпа была на нем и на барыне. Именно тогда он спросил своего отца: " А что. тятя, ежели всех в шляпы одеть, все баре будут? Вот бы мне научиться шляпы-то делать, Вы бы с маманей у меня как баре бы ходили. Я б и бабушке бы сделал. и крестной..."
   Никифор посмеялся над словами мальчика, но заметил, что тот постоянно рисует, то веткой на земле, то углем на стенах. Посоветовался с местным священником, настоятелем церкви Кирика и Улиты, и тот сказал, что надо поискать парнишке "городскую" работу и вызвался бесплатно обучить его грамоте.
   Когда Кузьме исполнилось 12 лет, богатый вытегорский купец Порфирий  Жженов решил расширить торговлю и податься в Москву. С собой для услужения он взял Кузьму. Так мальчик попал в Москву и был очарован ее красотой и модными магазинами. А купца Жженова очаровали модистки.  Порфирий Петрович ударился в загул, быстро промотал все капиталы и очутился на Хитровке.
    Кузьма оказался предоставленным самому себе, без копейки денег и знакомых. Он подносил покупки, подзывал извозчика, побирался. Но ему неудержимо влекло на Кузнецкий мост, к модным магазинам. Владелец одной из  шляпных мастерских француз Лефевр заметил оборванца, часами стоящего перед витриной. Решив, что тот хочет обокрасть магазин, он схватил мальчишку за ухо и тут Кузьма повалился ему в ноги со словами : "Дяденька, возьмите в ученье, я все буду делать: и помои выносить, и гулять с собачкой Вашей, и барчат развлекать, только расскажите, как такая красота делается."  Лефевр растрогался и взял.
  Уже спустя год в Москве заговорили о том, что на Кузнецком работает необыкновенный юноша, почти мальчик, делающий шляпки необыкновенной красоты и благородства, в которых даже охотнорядская сиделица выглядит как княгиня. В лавку к Лефевру нередко заходили актеры МХТ, однажды там побывал и сам Антон Павлович Чехов. Он в шутку нарек Кузьму  шляпным подмастерьем Карлом Шляпентохом, не зная, что тот с благодарностью возьмем этот псевдоним и войдет под ним в историю мировой моды.
   Но Чехов не только добродушно посмеялся над юношей. Он ввел Кузьму в круг художников и костюмеров МХТ.
Вот на этой фотографии Кузьма, полуразличимый на заднем плане, присутствует при чтении чеховской "Чайки".


Популярность теперь уже Карла Шляпентоха росла. Именно в его шляпе позировала Валентину Серову княгиня Ольга Орлова.


По свидетельствам современников, она была высокомерной, довольно ограниченной женщиной, не отличавшейся ни интеллектом, ни особой красотой, ни высокими духовными качествами, и именно шляпа придала ее лицу тонкость, одухотворенность и аристократизм.
   Даже достигнув успеха и признания Кузьма никогда не забывал о своей малой родине. Он посылал родным деньги, помогал Вытегорскому епархиальному училищу, оплатил ремонт кровли в церкви Кирика и Улиты.
В 1910 году он женился на дочери Лефевра Марианне. Этот брак оказался счастливым. Трое детей супружеской пары тоже нашли свое место в индустрии высокой моды.
   С революцией, стремившеся всех одеть в кожанки и красные косынки, Кузьме оказалось не по пути. В 1919 году, он в очередной раз вспомнил добром А.П. Чехова, ему удалось выдать себя за уроженца Эстляндии и с документами на имя Карла-Густава Лефевра фон Шляпентоха уехать с семьей в Таллинн, а оттуда и в Париж.
Там он сразу окунулся в европейскую модную жизнь, начав сотрудничать с модными домами, созданными русскими эмигрантами.


На фото - княгиня Наталья Палей в шляпке от  
Карла Шляпентоха.
Постепенно к нему начинают обращаться знаменитости из кино и театра. Например, Марлен Дитрих.



Последней европейской работой Карла Шляпентоха была шляпа для обложки журнала Вог за октябрь 1939 года.


Осенью 1939 года модельер и художник переезжает в Голливуд.
Первой его работой стало консультирование фильма "Унесенные ветром". Увидев, во что одеты актеры на съемочной площадке, Кузьма Никифорович был глубоко удручен. " Нету никакого барского шику," - говорил он с горечью. "Все пух и перья! А тут не фу-фу, нужно, как в кабаре, а порода, стиль и чистая линия".
Надо сказать, что сам модельер всегда одевался строго и несколько старомодно. Он все время говорил, что ему "не к лицу и не по летам носить новомодные штучки. "Одни делают моду, другие гоняются за модными тряпками", - шутил он со своими учениками.

( Фото модельера 1939 года)
Несмотря на предвзятое отношение к европейцам, к нему прислушались, и это в огромной степени помогло успеху фильма.



Карл Шляпентох проработал в Голливуде много лет. Последним фильмом, в съемках которого он принимал участие, была легендарная "Война и мир". После того, как Юбер де Живанши отказался стать художником по костюмам  для этого фильма, продюссеры обратились к нему с просьбой о помощи. И именно он придумал шляпки для Одри Хепберн, сделавшие ее Наташей Ростовой.


Кроме этого именно ему принадлежит идея вставить в фильм романс " Гори, гори, моя звезда".
Кузьма Картузов прожил богатую творческую жизнь. Он во многом определил лицо современной высокой  моды и "большого" кино. Но он никогда не забывал о своей малой родине. В его голливудском кабинете висела ( и висит, поскольку  теперь это музей) вот эта фотография его родного города.