Япония

Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве


Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве. Серия "36 видов Фудзи"
Цветная ксилография, 25.7 см × 37.8 см. 1829–1833 гг.


В мире у меня
Ничего нет своего -
Только, может быть,
Эти горы и моря,
Что в картину перенёс...
Окума Котомити


Японские художники создали сотни тысяч гравюр, но на вопрос, какая из них самая знаменитая, ответить несложно: конечно, "Большая волна в Канагаве"! Словно гигантский вал поднимается она над океаном прекрасных произведений, не имея равных по глубине замысла и эстетическому совершенству. Это самая известная гравюра в Японии и самое узнаваемое произведение японского искусства в мире.




Кацусика Хокусай. Деревня Сэкия на реке Сумидагава. Серия "36 видов Фудзи"

"Большая волна" принадлежит к жанру укиё-э, поэтому прежде всего вспомним, что кроется за этим экзотическим словом. Первоначально понятие укиё (дословно - плывущий или изменчивый мир) имело в буддийской философии негативный оттенок, обозначая земной мир как обитель страданий. Однако с начала 17 века, когда Япония после периода междоусобных войн была объединена под властью сёгуната Токугава, и в стране наступило относительное благоденствие, понимание укиё становится более позитивным. Для японцев 17 столетия "изменчивый мир" - источник развлечений и удовольствий, которыми нужно успеть насладиться в течение жизни. Тогда и появились гравюры в жанре укиё-э - «картины изменчивого мира», окрашенные одновременно печалью и беззаботной радостью. В бесчисленных графических листах запечатлена повседневная жизнь всех сословий японского общества, мирно текущая на фоне прекрасной природы Японии.


Кацусика Хокусай. Ёсида на тракте Токайдо. Серия "36 видов Фудзи"

Не будем вдаваться в сложную технологию ксилографии (для создания многоцветных гравюр на дереве вместе работали художник, резчик и печатник), отметим лишь, что популярные гравюры укиё-э было легко тиражировать, недорогой оттиск был доступен каждому, и это делало их истинно народным искусством.
Исследователи считают, что расцвет жанра приходится на 18 век, однако первая треть 19 столетия стала эпохой наиболее массового распространения и высших достижений укиё-э. В это время работали великие мастера укиё-э Кацусика Хокуксай (1760 -1849) и его младший современник Утагава (Андо) Хиросигэ.
Хокусаю было около 70 лет, когда он, признанный, очень плодовитый и разносторонний художник, начал, по заказу известного издательского дома «Эйдзюдо», серию гравюр "36 видов Фудзи". Серию открывала "Большая волна в Канагаве".


Процесс создания гравюры укиё-э

Принцип серийности, вдохновивший европейских импрессионистов (вспомним знаменитые серии Клода Моне), – ключевой для японской гравюры. Состоящие из нескольких десятков графических листов серии – "47 преданных самураев" Утагава Куниёси (он изображал не только кошек!) , "36 видов Фудзи" и "Сто видов океана" Кацусика Хокусая, "53 станции Токайдо" и "Сто знаменитых видов Эдо" Андо Хиросигэ - были объединены общей темой, но не претендовали на нераздельность. Каждая гравюра такой серии - законченное самостоятельное произведение, однако полностью замысел художника становятся понятен, только когда серия собрана вместе.


Кацусика Хокусай. Вид на Фудзи с горы Готэнъяма у реки Синагава. Серия "36 видов Фудзи"

Сквозная тема серии "36 видов Фудзи", к которой принадлежит "Волна", – священная гора Фудзи, национальный символ Японии, самый любимый мотив японской гравюры, да, пожалуй, и всего японского искусства. На её склонах расположены древние синтоистские храмы, ей поклоняются буддисты, с ней связаны предания и притчи, в честь Фудзи писали оды и гимны, ей посвящали стихи. Говорят, в Японии не было художника, который хоть раз не изобразил бы Фудзи. Веками японцы отовсюду стекались в Эдо (с 1868 года Токио), чтобы полюбоваться Фудзи и совершить восхождение по ее склонам. Гравюры с видами Фудзи путешественники покупали на память о своем паломничестве.


Кацусика Хокусай. "Победный ветер. Ясный день" или "Красная Фудзи". Серия "36 видов Фудзи"

Мы видим Фудзи на каждой гравюре серии, но листов, на которых гора доминирует в пейзаже, всего два: следующие за "Волной" и спорящие с ней по известности "Победный ветер. Ясный день" и "Ливень на вершине", где одинокая гора на фоне неба предстаёт в полный рост, подавляя своим величием. Все остальные листы можно скорее назвать "видами с Фудзи", чем "видами Фудзи". Кажется, что Хокусая больше занимают живые бытовые сценки на первом плане, чем сама Фудзи, которая иной раз едва видна на горизонте или в просвете между домами. Однако гора неизменно присутствует на каждом листе, связывая воедино, в духе философии укиё, сиюминутные картины быстротечной жизни с вечностью природы.


Кацусика Хокусай. Местность Умэдзава в Сосю. Серия "36 видов Фудзи"

Пейзажи с видами Фудзи знакомили японцев с самыми красивыми уголками страны, были своего рода путеводителями и одновременно памятными сувенирами. В названии художник всегда точно указывал изображённое на гравюре место, тщательно передавал особенности ландшафта и конкретные детали, поэтому мы можем с точностью установить, где происходит действие гравюры "Большая волна в Канагаве" и что, собственно, изобразил Хокусай.

Great_Wave_off_Kanagawa2.jpg
Кацусика Хокусай. Озеро Сувако в Синсю. Серия "36 видов Фудзи"

Канагава - префектура на острове Хонсю, к юго-западу от Токио с административным центром в Йокогаме. Три рыбацкие лодки проплывают со свежим уловом близ берегов Канагавы на северо-восток, в Токийский залив, чтобы доставить рыбу на столичные рынки. Дело происходит ранним утром – снежная вершина Фудзи западнее Канагавы блестит под лучами солнца, которое восходит как бы за спиной у зрителя, белизна снега контрастирует с пасмурным небом.


Кацусика Хокусай. Пляж Тагоноура в Эдзири, тракт Токайдо. Серия "36 видов Фудзи"

Зритель не сразу замечает маленькие фигурки пригнувшихся людей в лодках, в каждой - по 10 человек. Известно, что длина таких рыбацких лодок 10 - 15 метров, это позволило вычислить высоту большой волны – около 12 метров. Однако, вопреки распространенному среди европейцев мнению, это не цунами. Японцы считают, что на гравюре изображена так называемая "волна-убийца", которая, в отличие от набирающих силу у самого берега разрушительных цунами, внезапно возникает посреди океана, поднимается на огромную высоту и способна перевернуть судно.


Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве.  Фрагмент

Какая же судьба ждет рыбаков? Европейские искусствоведы, как правило, склоняются к трагической трактовке гравюры: "Волна бросает лодки, как спички", "пена волн похожа на когти, готовые вцепиться в лодку", "гребцы олицетворяют терпящее бедствие человечество", "люди бессильны перед разгулом стихий". Не так понимают гравюру японцы. Исследователь японского искусства Евгений Штейнер отмечает, что согласно японской традиции, "движение в картине идет справа налево. Соответственно, рыбачьи лодки являют собой активное начало, они двигаются и внедряются в волну, в податливое аморфное начало, а некоторые уже прошли ее насквозь". Рыбаки словно с почтением кланяются стихии, сгибаются перед ней, чтобы не сломаться. Различия в понимании сюжета подводят нас к сложному вопросу: какое послание художника считывает в гравюре европеец, и какое - японец?


Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве.  Фрагмент с лодками.

На взгляд европейца, "Волна" – это исполненный драматизма (противостояние человека и могучих сил природы), философски значимый пейзаж. Гора Фудзи, символизирующая Японию, и океан, единый для всего человечества, делают этот пейзаж конкретным и в то же время обобщённым образом нашей планеты. Напряжённый диалог изменчивой, подвижной воды и устойчивого конуса горы подчеркивается ритмическим и цветовым решением гравюры. Огромная волна вздымается, как гора, при этом нельзя не заметить, что на переднем плане Хосусай изобразил еще одну зарождающуюся волну, по форме и цвету подобную Фудзи: конус из воды с белой пеной на вершине вместо снега. Великолепный замысел художника кажется нам совершенно ясным: вода уподобляется тверди, воплощение вечности - гора - получает двойника в непостоянной водной стихии. Мир, состоящий из противоположностей, на миг обретает в гравюре Хокусая единство. Этот мир балансирует на контрастах, его гармония неустойчива, как волна, но тем она и драгоценна.


Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве.  Фрагмент с двумя конусами.

Попытаемся теперь взглянуть на гравюру глазами японца. В иерархии японского искусства "Волна" - это традиционный тип пейзажа "сансуй" (в переводе "горы и воды"), гармоническая картина Вселенной, в которой вода представляет изменчивое, текучее начало, а гора - постоянство и незыблемость. Однако японцу чужда трактовка гравюры в духе "единства и борьбы противоположностей": с его точки зрения, Хокусай, уподобляя малую волну на переднем плане силуэту Фудзи, не противопоставляет, а уравнивает их сущности в духе дзен-буддизма. Ведь согласно философии дзен, оказавшей глубочайшее воздействие на японское искусство, истинная природа реальности не двойственна: в ней вовсе нет противоположностей, нет разделения на Бога и созданный им мир, на разум и чувства, душу и тело, прекрасное и безобразное, природу и человека, духовное и материальное, воду и земную твердь. А что же есть? Есть единый мир, состоящий из вечно меняющихся сущностей – дхарм, и закон этого мира – постоянное круговращение дхарм, подобное движению колеса.


Кацусика Хокусай. Равнина Фудзимигахара в провинции Овари. Серия "36 видов Фудзи"

В гравюре Хокусая доминируют округлые линии – силуэт волны, выгнутые дугой лодки, впадина между волнами. Они отчётливо складываются в круг, символизирующий колесо дхармы, а незыблемая Фудзи внутри круга как бы превращается во втулку, на которой держится колесо мироздания. Символика гравюры исполнена для японца глубокого смысла: у вечно изменчивого мира (вода) есть постоянная ось (гора). Кстати, подобную композицию (колесо с втулкой) мы встречаем в другой гравюре серии, где маленький конус Фудзи виден сквозь окружность лишенной дна бадьи, над которой трудится бочар ("Равнина Фудзимигахара в провинции Овари").
Европейцу, не интересующемуся глубоко дзен-буддизмом, очень трудно отвлечься от основанной на взаимодействии противоположностей модели мира и воспринять идею равных сущностей – дхарм и их кругового вращения. Однако неверно утверждать, что европейцы воспринимают "Волну" искаженно или поверхностно. Трактуя гравюру в привычных для нас категориях, мы, иным путем, как бы с другой стороны, также постигаем ее универсальный смысл, как и японцы, различая в ней пластическую формулу мироздания.


Камилла Клодель. Волна. 1897

Начиная со второй половины 19 века японская эстетика, как известно, глубоко влияла на европейское искусство. Но и Япония, которая в это время также открылась миру, усваивала уроки европейской живописи. "Волна", олицетворяющая для нас японское искусство, на самом деле не совсем характерная работа. Хокусай внимательно изучал произведения европейской живописи, был в восхищении от неведомой традиционному японскому искусству линейной перспективы и использовал ее в своих работах, в том числе и в "Волне": именно резкие перспективные сокращения обусловили эффектное сопоставление огромной волны на переднем плане и маленькой Фудзи вдалеке. Изысканное цветовое решение, которое подсказывает сам природа, – сочетание белого и нескольких оттенков синего, сближает гравюру с голландским искусством.

Debussy_-_La_Mer_-_The_great_wave_of_Kanaga_from_Hokusai.jpg
Клод Дебюсси. Море. Три симфонических эскиза. Нотная обложка. 1905

Докатившись до Европы, "Большая волна" сразила импрессионистов (оттиск гравюры был в коллекции Клода Моне), Ван Гога и многих других художников. Эстетика стиля ар-нуво вдохновлена дерзкой асимметрией "Волны ", мы то и дело узнаем в архитектуре, прикладном искусстве, книжной иллюстрации рубежа 19-20 веков ее упругий изгиб.

6edb74f9df2d.jpg
Иван Билибин. Иллюстрация к  "Сказке о царе Салтане". 1905

"Волна" была очень популярна в Японии, поэтому постоянно печатались новые оттиски, их было сделано около 5-8 тысяч. При этом ранние оттиски "Волны" ценятся чрезвычайно высоко, за ними идет настоящая охота. Оттисками гравюры гордятся Нью-Йоркский «Метрополитен», художественный институт Чикаго, Британский музей в Лондоне, Национальная галерея Мельбурна.


Эмодзи по мотивам "Большой волны в Канагаве"

Копия "Волны " имеется у каждого из нас: поинтересуйтесь, какой набор "эмодзи" (от японского "картинка-символ", мы их называем "смайликами") имеется в вашей электронной почте, в скайпе или в социальной сети. Почти наверняка среди набора круглых физиономий, зверушек, сердечек и прочих символов будет голубая "Волна" Хокусая, крошечная картинка изменчивого мира.

Опубликовано в журнале "Партнер", № 4, 2017

Узнать больше о японской гравюре
можно в "Японском котокалендаре".
Нажми, чтобы прочитать:


371215_original1

Posts from This Journal by “японская гравюра” Tag

promo marinagra february 28, 2015 07:47 227
Buy for 20 tokens
"Главная линия этого опуса ясна мне насквозь!" - говорил кот Бегемот. Главная линия литературно-художественного котоальманаха "Коты через века" - образы котов в культуре разных стран и эпох. Вы узнаете о котах в фольклоре, живописи и графике, поэзии и прозе, мультипликации и…
Да-да, и рельеф Голубкиной на фасаде МХАТа тоже, считают многие, сделан под воздействием "Волны", но я это как-то не вижу.
Все-таки в японском искусстве кроется какая-то сильная магия, что-то, невыразимое словами)
Да, я еще со времен нашего котокалендаря в этом уверена!
Марина, прекрасное эссе, заодно и с японской философией ознакомился. Действительно, самое узнаваемое произведение японского искусства. Было бы любопытно составить список самых узнаваемых произведений искусства для каждой страны. Для России это могли быть "Три Богатыря", но это скорее для внутреннего потребления, а вот для всего мира, это большой вопрос. Зато для музыкальных произведений это проблемы нет, "Щелкунчик", самый популярный балет в Америке!
Спасибо, я тут видела список самых-самых книг от каждой страны мира. О существовании многих из них я и не слышала). Самое знаменитое произведение русского искусства в мире - это несомненно и с большим отрывом "Черный квадрат"
Марина, спасибо огромное за этот пост! Очень интересно и познавательно! Я прочла на одном дыхании, так увлекательно написано)))
Какая интересная и познавательная статья!
Спасибо, Марина! Мне было особенно интересно сравнение восприятия японцев и европейцев.
Спасибо, Галина, это сравнение собственно и стало ключиком к теме. Если писать про японское или китайское искусство так, как мы пишем о европейском, получается ерунда. Помог найти подход к теме опыт работы над японским котокалендарем)))
Спасибо. Статья интересная, и посмотреть вместе эти волны и Фудзи было интересно.
Так глубоко с точки зрения японца мне не увидеть. но "европейский взгляд"... Странно - видно же, что лодки проходят_волну, и люди в них не выглядят паникующими или обреченными. Нет здесь противостояния.
Спасибо. Случайно удалила свой ответ, суть которого была в том. что европейскому зрителю и интерпретатору хочется видеть в картине драматический сюжет, это интересно и эффектно. Мы ищем драму, так же как журналист ищет "плохие новости": рыбаки гибнут под напором стихии! Это гораздо выигрышней, чем рыбаки, которые благополучно уцелели)
в сентябре от тельавивского университета должны поехать в Японию 2 человека - желающих масса.
молодежь уже проехалась по Европе - а Япония загадка, нечто неизведанное.
В Японию очень хочется, но далеко и дорого, будем пока мечтать)
Как всегда, замечательно. Оторваться невозможно.